X A L I F A T - ИСЛАМСКОЕ ГОСУДАРСТВО

О, мусульмане, благая весть о Халифате – это истина

 
09.03.2011 10:03 Исламский сакафат

В этой статье собраны хадисы Посланника Аллаха, мир ему, с пояснением достоверности их передачи и текстового смысла, указывающие на возвращение праведного Халифата с дозволения Аллаха. Поистине эти пророческие хадисы радуют возвращением Халифата, тем самым успокаивают сердца и побуждают мусульман, в особенности работающих для его установления, к серьезной деятельности с искренностью и верностью. Быть может Аллах почтит их возвращением Халифата их усилиями, они преуспеют в обоих мирах: величайшей победой в этой жизни, и великой наградой в последующей.

Благородные предшественники четко осознавали хадисы, увешивающие о победе и открытиях стран. Их понимание хадисов служило стимулом в деятельности ради осуществления этой победы и открытий, а вовсе не верой с надеждой на осуществление этого, без приложения всяких усилий. Так они поняли хадис, который обрадовал их известием об открытие города Ираклия (Константинополь). Поэтому и старались халифы отослать войска для открытия Константинополя, и каждый воин желал быть воином того войска, чтобы стать из числа тех, чьи усилия Аллах предпочел исполнением того открытия. Так и продолжалось пока, не благословил Аллах османского султана Мухаммада Фатиха открытием города Ираклия и, сделав её столицей дар-уль-Ислам (Ислам буль) то есть город Ислама, который впоследствии стал (Стамбулом).

Эти собранные хадисы должны послужить стимулом у мусульман к искренней, серьезной и активной деятельности по установлению государства Халифат, чтобы Аллах удостоил их честью и осуществил благую весть, существующую в этих хадисах, их стараниями. И получат они успех в обоих мирах, ведь это и есть Великая награда.

Сегодня все чаще слышатся такие высказывания, как «реален ли халифат или это всего лишь мнимая мечта, приходящая в умы мусульман???». Пишутся статьи, проводят исследования и делают анализы. Некоторые пытаются найти на это ответ разумным путем, другие начинают говорить о негативе следования этой идеи, третьи просто надеются. Но есть еще и те, кто верит в будущее за Халифатом и активно работает над этим, идя на встречу завтрашнему благополучию.

Да, для мусульман – это одно из предписаний Всевышнего Аллаха, которое следует исполнить. Это высшее управление мусульман на земле, отвечающее за полное претворение Ислама и донесение до всего мира. И нам, как мусульманам, не подобает ослушаться своего Господа и пренебрегать этой обязанностью.

Однако Всевышний Аллах сообщил нам о том, что Халифат будет установлен после его разрушения, и что справедливость и правление тем, что ниспослал Аллах, неминуемы. Пусть это усилить в нас веру, решительность и серьезность в стремлении к нему.

Сообщения об этой благой вести многочисленны, и исключают все сомнения и оправдания бездействия в этом деле.

Первое: Хадис Пророка о Халифате по пророческому методу:

Сообщает Ахмед в сборнике хадисов от Нумана Ибн Башира: «Однажды мы сидели в мечети Посланника Аллаха и подошел Абу Салябату Аль Хашний и сказал: «О, Башир! Сын Саада! Помнишь ли ты хадис Посланника Аллаха (с.а.с.) относительно предводителей?» Хузейфа сказал: «Я помню его хутбу». Абу Саляба присел, чтобы послушать Хузейфа, который продолжил свой рассказ: «Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, сказал:

«Пророчество продлится столько, сколько пожелает Аллах. Затем, когда пожелает Аллах, оно прекратится. Затем наступит период Халифата, основанного на методе пророчества. Он также продлится столько, сколько пожелает Аллах. Затем, когда пожелает Аллах, он прекратится. Затем наступит период несправедливых правителей, который также продлится столько, сколько пожелает Аллах. Затем, когда пожелает Аллах, он прекратится. Затем наступит период правления зла и насилия, который продлится столько, сколько пожелает Аллах. Затем, когда пожелает Аллах, он прекратится. Затем вновь наступит период Халифата, основанного на методе пророчества» и замолчал после этого.

Второе: Хадис о вхождении Ислама в каждый дом на земном шаре:

Сообщает Ахмед в сборнике хадисов от Тамими Аддари: «Я слышал как Посланник Аллаха (с.а.с.) сказал: «Это дело непременно дойдет, куда доходят ночь и день, и не оставит Аллах не одного дома оседлых или кочевых жителей, иначе как введет в него эту религию, возвеличив славного и принизив ничтожного. Славой возвеличит Аллах Ислам и унижением принизит неверие». Хайсими сказал, что хадис вывел Ахмад и Табарани, а их передатчики являются надежными. Аль-Хаким вывел этот хадис от Тамими в «Мустадрак» и сказал, что он достоверный.

Сообщает Аль-Хаким в сборнике хадисов «Аль-мустадрак» от Микъдад ибн Асвед Кенди, что последний сказал: «Я слышал, как Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: «Не останется на земле не одного дома оседлого или бедуинского жителя, в который бы Аллах не ввел бы слово Ислама, славой для благородного и унижением для подлого. И восславит Аллах (первых), сделав их последователями ее. И принизит (последних), лишив их исповедования ее (Ислама)». В отношении этого хадиса Аль-Хаким сказал: «Это достоверный хадис по условию двух шейхов, хотя они сами не вывели его».
Сообщает Аль-Хаким от Абу Саляба Аль-Хашний:

«Когда Посланник Аллаха (с.а.с.) возвращался с боя, первым делом он шел в мечеть и совершал молитву в два раката, затем отправлялся к своим женам. Однажды после возвращения, он вышел из Мечети, и у порога дома встретила его дочь Фатима, поцеловав его, она заплакала. Посланник Аллаха (с.а.с.) сказал: «О, доченька, что заставило тебя плакать?». Она сказала: «О, посланник Аллаха разве ты не видишь себя? Растрепанный, утомленный, твоя одежда уже застарела и изорвалась». И он сказал: «Не плачь, ибо Аллах Всемогущий ниспослал твоего отца с велением (миссией). И не останется на земной поверхности ни одного дома оседлого и кочевого жителя без того, чтобы Аллах не ввел это веление в него, славой или унижением, до самых границ ночи».

В отношении этого хадиса Аль-Хаким сказал, что этот он имеет достоверную цепочку, даже если не передается двумя шейхами (Бухари и Муслим). Ат-Табарани сообщает этот хадис от Абу Саляба в «Муснаде аш-Шамилин».

Этот хадис передается, по меньшей мере, девятью последователями последователей (табии ат-табиин) от трех последователей (ат-табиин) от трех сподвижников (сахабий). Он содержит в себе известие о вхождении Ислама в каждый дом на земном шаре. Как известно, большая часть Западной Европы, Северная и Южная Америка, а также некоторые страны Африки еще не познали вхождение Ислама. Хадис поясняет, что вхождение Ислама будет происходить, либо обращением в него, либо покорением ему, т.е. подчинением его законам, а подчинение не осуществимо без власти (правления). Все риваяты (сообщения) утверждают о покорении человечества Исламу, за исключением вышеупомянутого нами сообщения, переданного аль-Хакимом. Однако из него понимается, что они не будут исповедовать слово Ислама, а будут соблюдать его через выплату налога «аль-джизья», т.е. будут подчиняться исламским законам. Смысл этого риваята (сообщения) не противоречит значению предыдущих риваятов (сообщений). В силу того, что подчинение правлению Ислама невозможно без наличия государства, следовательно, это хадиса указывает на существование государства, которое будет охватывать своею властью весь земной шар.


Третье: Хадис о написанных свитках.

Сообщает аль-Хаким в «Аль-Мустадрак» от Умара (р.а.), который рассказал: «Я сидел вместе с Посланником Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, и он сказал: «Вы знаете, кто из верующих являются самыми наилучшими по вере?», они ответили: «О, Посланник Аллаха, конечно же, ангелы». Он ответил: «И они тоже, им свойственно быть такими. И ничто не сможет лишить их той степени, которую утвердил им Аллах. Нет, не они». Они сказали: «О, Посланник Аллаха! Это пророки, которых Аллах предпочел, наделив их пророческой миссией и своим посланием». Он ответил им: «Они тоже, им свойственно быть такими. И ничто не сможет лишить их той степени, которую утвердил им Аллах. Нет, не они». Затем Умар (р.а.) продолжил: «Тогда мы, обращаясь к нему, спросили: «Кто же они? О, Посланник Аллаха!». Он сказал: «Это люди, которые придут после меня, из потомков настоящих мужчин. Они уверуют в меня, не видя меня. Они найдут написанные свитки и станут поступать согласно тому, что в них. Они – лучшие верующие по вере». Аль-Хаким сказал, что этот хадис достоверный.

В другой версии хадиса, которого передал аль-Баззар по пути Умара (с.а.с.), говорится, что Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: «…Их степень самая славная, они лучшие создания по вере перед Аллахом в Судный день».

Аль-Хайсами сказал, что данное сообщение аль-Баззара восходит непосредственно к Посланнику Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует.

Этот хадис передается, по меньшей мере, тремя последователями последователей (табий ат-табиин) от двух последователей (ат-табиин) от сподвижника (ас-сахабий). Значение этого хадиса указывает на становление исламского государства, после того, как оно будет разрушено. Доказательством тому служат слова: «… и будут поступать согласно тому, что в ней». Поскольку в арабском языке частица «ما» (что) означает все, без исключения. В данном случае эта частица включает в себя как поступки индивида, как намаз, так и государственные дела, как наказание (худуд), призыв к Исламу, заключение договоров и другие дела, которые Всевышний Аллах определил для государства. Что касается его становления, после того, как будет разрушено исламское государство, то на это указывает слова: «…они найдут написанные свитки», слово «написанные» – образное выражение, включающее в себя Коран и Сунну. Эти свитки существовали во времена сподвижников, а также и часть Сунны была записанной у некоторых из сподвижников, как у Абдуллаха Ибн Умара, как и были записаны у последующего поколения после сподвижников. Однако разница между нами и ими заключается, в том что они встретили эти написанные свитки и государство, которое поступало согласно, тому что в них. В то время как мы не встретили ничего, кроме записанных свитков. Мы не застали то государство, а только работаем для его установления, где будем исполнять согласно тому, что в этих свитках. Ин ша Аллах. Стало быть, смысл данного хадиса таков, что они встретят написанные свитки недейственными и начнут действовать согласно тому, что в них, то есть они найдут свитки на полках и воплотят в жизнь.

В данном хадисе содержится тонкость, на которую стоит обратить внимание. Это то, что эти люди не лучше ангелов и пророков. Ведь Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, в отношении ангелов и пророков сказал: «…они тоже», т.е. они лучшие создания по вере, т.е. это естественно и очевидно, что они такие. Вопрос здесь излишен, напротив, это касается тех, которые заслужили эту степень благодаря своей вере. И они лучшие создания по вере, за исключением ангелов и пророков. При этом то, что они лучшие создания по вере, не превозносит их над сподвижниками, да будет доволен ими Аллах. Поскольку их превосходство ограничивается только уровнем веры, а вовсе не во всем. Это понимается со слов Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует: «…по вере». Превосходство бывает как по вере и богобоязненности, так и по поступкам. Эти народы заслужили превосходство над другими народами благодаря тому, что уверовали в написанные свитки и поступали согласно тому, что в них, не видя, ни самого Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, ни снисхождение божественного откровения, ни исламского государства. Их превосходство ограничено только в этой части. Однако если собрать весь спектр превосходства, то станет ясно, что сподвижники, да будет доволен ими Аллах, безусловно, являются самыми наилучшими верующими (мусульманами).

Четвертое: Хадис о Халифате на Святой земле:

Вывел Абу Давуд от Ибн Загиб Аль-Айяди, который рассказал: «Однажды остался у меня Абдуллах Ибн Хавваля аль-Аздий и сказал мне: «Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, отправил нас добывать трофеи, но мы вернулись без ничего. Заметив признаки утомленности в наших лицах, он встал и произнес: «О, Аллах! Не оставляй их на меня, иначе я ослабею от них. И не оставляй их на самих себя, ибо они окажутся бессильными и не смогут удержаться. И не возлагай их на людей, ибо последние овладеют ими», затем, положив свою руку на мою голову, сказал: «О, Ибн Хавваля! Когда увидишь установление Халифата на Святой земле, то знай, приблизились сотрясение земли, бедствия и великие свершения. И Час (Судный день) в тот день, будет ближе к людям, чем моя рука к твоей голове». Аль-Албани сказал, что передача этого хадиса достоверная. Этот же хадис приводит Аль-Хаким по пути Ибн Загиб Аль-Ибади и говорит о достоверности передачи данного хадиса. Также его приводит Ахмад с той же передачей.

Если вышеупомянутый передатчик Ибн Загиб – это Абдуллах, то он сподвижник, если Абдурахман, то он последователь (табиин). Следовательно, этот хадис сообщают два сподвижника согласно первому утверждению и один сподвижник согласно второму утверждению. Один последователь (табиин) согласно первому утверждению и два табиина согласно второму. Также три последователя последователей (табии-табиин) согласно обоим утверждениям. Хадис указывает на становление Халифата на Святой земле. Здесь неуместно говорить о том, что его становление предшествовало в эпоху Праведных Халифов. Поскольку сотрясение земли, бедствия и великие свершения не последовали после завоевания Халифатом этой земли. Поэтому это требует вторичного установления, после чего должны последовать сотрясение земли, бедствия и великие свершения.

Пятое: Хадис о центре державы мусульман в Шаме

Вывел Ибн Хиббан в своем сборнике достоверных хадисах в главе «Пояснения того, что Шам является внутренней частью державы верующих перед концом света», от ан-Наввас Ибн Самъан, что Посланник Аллаха (с.а.с.) сказал: «…Центр (внутренняя часть) державы верующих – Шам».
Вывел Ахмад хадис Салама Ибн Нуфайль, что он пришел к Пророку, да благословит его Аллах и приветствует, и Пророк сказал ему: «…воистину центр (внутренняя часть) державы верующих – Шам».

Вывел ат-Табарани в «аль-Кабир» по пути Салама Ибн Нуфайль, который поведал о том, что Посланник Аллах, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: «…Центр (внутренняя часть) державы верующих – Шам». Аль-Хайсами сказал, что передатчики этого хадисы пользуются доверием.

Этот хадис сообщают пять последователя последователей (табий-табиин) от двух последователей (табиин) от одного сподвижника. Здесь в хадисе идет речь о центре второй исламской державы, а не о первой. Поскольку словосочетание «укъруд-дар» (внутренняя часть оплота) в арабском языке означает центр и основание его. Как известно центром и основанием первой державы была Лучезарная Медина. Следовательно, здесь подразумевается центр второй державы.

Шестое: Хадис о справедливости и произволе

Вывел Ахмад в «Муснаде» по пути Муакиль Ибн Ясар, который сказал, что Посланник Аллах, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: «После меня несправедливость не сможет долго устоять, станет выходить. И с появлением какой-нибудь доли несправедливости, настолько же будет уходить и справедливость, пока не родится тот, кто не будет знать ничего, кроме несправедливости. Затем Всевышний Аллах приведет справедливость. И с каждым приходом какой-нибудь части справедливости, настолько же будет уходить и несправедливость, пока не родится тот, кто не будет знать ничего, кроме справедливости».
Аль-Хайсами сказал: «В цепочке упоминается Халид Ибн Тахман, о надежности которого заявили Абу Хатим, ар-Рази, Ибн Хиббан».
Имам Шафии в книге «Ахкам-уль-Куран» в толковании слов Всевышнего Аллаха:

وَإِذَا حَكَمْتُمْ بَيْنَ النَّاسِ أَنْ تَحْكُمُوا بِالْعَدْلِ

«…и судить по справедливости, когда вы судите среди людей…» (4:58).

Говорит: «Это следование ниспосланному Им правлению». Этот хадис передает один последователь последователей (табий-табиин) от двух последователей (табиинов) от одного сподвижника (сахабий). Он указывает на то, что людей постигнет время, когда ими будут управлять по Исламу без всякого смешения с чем-либо иным. И это произойдет после того, как их минует время, когда ими будут управлять не тем, что ниспослал Аллах, без всякого обращения к Исламу. Поскольку всякое любое правление не в соответствии с Исламом считается несправедливостью, а каждое правление в соответствии с ним – это справедливость. И уже родились в несправедливости те, кто не знают ничего, кроме несправедливости. Теперь наступит время, когда Всевышний Аллах установит справедливость, т.е. исламское государство, которое будет править тем, что ниспослал Аллах, без всякого смешения с чем-либо иным.

Здесь нельзя говорить, что справедливость наступит постепенно, что людей минует время, когда ими будут управлять чем-то смешанным из справедливости и несправедливости, а затем справедливость очистится от несправедливости и станет кристальной чистой. Так нельзя говорить, потому что справедливость не сочетается с несправедливостью, ибо в противном случае это не называется справедливостью. Правитель, который крадет общественную собственность, и наказывает вора отсечением его кисти, данное исполнение наказание с его стороны не считается справедливостью. Правитель, который разрешает присутствие организаций, призывающих к обрядам поклонения и изданию книг исламского просвещения, и запрещает присутствие исламских политических организаций, то его поведение нельзя назвать справедливостью. Правитель, который покупает вооружение у неверующих и в то же время запрещает производить его в мусульманских странах, его покупка не является справедливостью. Правитель, который стимулирует к возделыванию бесхозных земель и разрешает брать процентные ссуды, его политику стимуляции нельзя отнести к справедливости. Правитель, который разрешает смешивание (ихтилат) и уединение, а также одобряет поездки женщин, не покрывая постыдные места с посторонними мужчинами, а затем приводит в действие наказание за прелюбодеяние, его наказание нельзя назвать справедливостью. Справедливость может постепенно наступать в территориальном плане, а вовсе не в законах и по качеству. Каждый раз, как присоединится какая-нибудь страна, час справедливости придет туда, а тирания там угаснет.

Продолжение в следующем номере

Ибрахим Муса огълу

газета "Возрождение"

Джихад и шахадат

Али Шариати "Джихад и шахадат"

Термин martyr (мученик) произведен от латинского корня mort, означающего смерть и умирание. Мученик - это существительное, репрезентирующее того, кто погибает за Бога и веру. В любом случае, мученик - это тот, кто умер за Бога и веру. Единственное отличие его смерти от смерти другого человека может быть усмотрено в причине. Он умирает за Бога, в то время как причиной смерти другого может быть рак. Иначе говоря, сущность явления, в данном случае смерти, в обоих случаях одинакова. Поскольку дело касается смерти, нет никакой разницы между тем, кто был убит за Бога, и теми, кто погиб от какой-либо страсти или в результате несчастного случая. В этом смысле Христос и те, кого умертвили за их приверженность христианству, являются мучениками. Иными словами, они были смертниками, потому что в христианской религии понятие мученик относится к человеку, который умер.

Однако шахид всегда жив и находится среди нас. Он - не отсутствующий. Таким образом, эти два понятия - шахид и мученик - являются антонимами. Как уже было сказано, с термином шахид (мн. ч. шахада), будь то шахид национальный или религиозный, в восточных религиях или в каких-либо других, сопряжено понятие святости. Это так. Вне всяких сомнений, в любой религии, школе мысли, в национальном или религиозном отношении, шахид сакрален. Данное утверждение справедливо даже в том случае, когда речь идет не о религиозном, а о материалистическом мировоззрении. Отношение и чувства, испытываемые к шахиду, отражают его метафизическую святость. По моему мнению, проблема, откуда возникает понятие сакральности шахида, заслуживает детального научного анализа. Даже в тех религиях и философских школах, в которых отсутствует вера в святость и в святых, тем не менее, существует убежденность в том, что шахид сакрален. Один его статус дает начало непременной соотнесенности шахида с собственной идеологией. Другими словами, он сам порождает свой ореол ценности и святости, поскольку, во всяком случае, взаимоотношения между человеком и его воззрениями сакральны. Такая же связь устанавливается между шахидом и его верой. Подобным образом, правда, неявно, возникает отношение между последователем какой-либо веры и ее шахидами. Так, источником представления о святости шахида является то чувство священного, которое все люди испытывают к своим убеждениям, народу и религии. В рамках экзистенциализма проходят дискуссии, по некоторым параметрам весьма близкие к нашим рассуждениям о велаяте и его следствиях. У человека есть первичный, неотъемлемый характер, и характер вторичный, формирующийся . В своем уважении к прошлому все люди одинаковы. Каждый, кто носит одежду, существует! Однако в подлинном смысле слова то, что формирует характер человека, то есть делает его непохожим на остальных, - это духовные отношения и измерения, чувства, инстинкты, индивидуальные качества - то, что заставляет человека мыслить себя как особенное Я. Он обретает себя, говоря: Я есть ...

Откуда возникают особые свойства Я? Я, будучи человеком, после того, как родился, выработал у себя определенные черты, качества, позитивные и негативные ценности. Постепенно я познаю себя. Откуда все это берется? Хайдеггер утверждает: Совокупность знаний человека о своем окружении формирует его характер, это знание есть сознательное отношение человека как экзистенции к внешней по отношению к нему вещи, личности или идее. Когда я устанавливаю мысленную либо экзистенциальную связь с индивидами, движениями, явлениями, вещами, идеями и т.д., данное отношение сказывается на мне. Отражение всего этого становится частью моей сущности и формирует мой характер. Человеческий характер есть совокупность всех его отношений с иными характерами. В соответствии с этим, моя добродетель и мудрость соотносится с добродетелью и мудростью всех тех индивидов, характеров, идей...которые меня окружают и к которым я имею отношение.

Эта связь может быть исторической (например, я читал книги по истории). У нас не было непосредственных контактов с имамом Хусейном. Однако когда мы мысленно встречаемся с ним в книгах и устных рассказах, он становится частью нашего знания, а затем - составляющей наших личных свойств. В этом смысле каждый человек существует в отношении к своим знаниям и идеалам.

Точно так же, когда мы подводим часть нашего существование под какое-то основание, эта часть становится составляющей данного основания. Например, по нашему убеждению, справедливость сакральна. Это - та ценность, которая стала частью нас благодаря нашей связи и контакту с ней. Если я пожертвую тысячу долларов своих собственных денег на установление справедливости, эта тысяча долларов впитает в себя святость справедливости. Пока эти деньги лежали в моем кармане, они были просто тысячей долларов. Когда я отказываюсь от них во имя справедливости, они обретают иной вид, поскольку трансформируются в сущность справедливости. Или, к примеру, у нас есть какие-то деньги и мы кормим группу бедных. Если кормление бедняков имеет на себе отблеск святости, то количество денег, которое ушло из наших карманов на это мероприятие, приобретает определенную ценность. Иными словами, им становится присуща не рыночная, а духовная ценность. Если мы потратили такое же количество денег на распространение пищи духовной, например, на написание, перевод или публикацию книги, эти деньги находят новую ценность, степень которой зависит от того, насколько сакрально само действие в данном вопросе. Иначе говоря, деньги утрачивают свое существование в собственном смысле слова, однако они обретают новое существование и ценность. В действительности, деньги являются внешним мерилом энергии и силы. Если все они ушли на вечеринки, то в таком случае приобретают профанную ценность, хотя некоторые думают, что она является священной! Деньги подобны керосину и бензину, которые в состоянии привести в движение машину или зажечь лампу. Однажды деньги потрачены, и лампа зажжена, и деньги превращаются в духовную энергию, зависящую от того, за что они были заплачены. То, что потрачено, не имеет собственной независимой ценности. Эта ценность принадлежит мне - тому, кто их израсходовал. Данное количество денег было частью меня. Так, святость мотивации траты этих денег отражается на мне. Ее ценность возвращается ко мне. Я заслужил ее постольку, поскольку эти деньги были частью моего существования. Сто долларов, которые я пожертвовал на установление справедливости, сами превращаются в святость справедливости. Святость справедливости обратилась в деньги , иными словами, нечто абсолютно материальное и экономическое. Таким образом, если они пожертвованы на кормление бедных, ценность такого поступка переносится на сами деньги. Однако то же самое количество денег, изведенное на непристойные вечеринки, не приобретают ценности. Они становятся даже ничтожнее, нежели просто материальная ценность. С этой точки зрения, мы можем сформулировать следующий принцип: Все обретает собственную ценность сообразно тому, на что было потрачено. Будучи отрицаемым, нечто утверждается. Иными словами, при отрицании его существования утверждается его ценность. В самоуничтожении оно достигает вечности цели, при условии, что данная цель представляет собой что-то вечное, как, например, идеал, ценность, свобода, справедливость, милосердие, мысль или знание. Деньги, пожертвованные на благо приобретения знаний, исчезают из чьего-либо кармана, так, что их количество равняется нулю, но в то же время они обращаются в ценность тех знаний, на которые они были израсходованы.

Точно так же, как деньги являются частью моего существования, само мое существование, моя биологическая жизнь, мои инстинкты и мое время являются составляющими меня. Предположим, я потратил час своего собственного времени на то, чтобы заработать денег. Поскольку зарабатывание денег лишено какой бы то ни было ценности, этот час также не может обрести никакой ценности, ибо я принес его в жертву тому, что не ценно и не свято. Но если тот же самый час я отвел на то, чтобы совершенно безвозмездно дать кому-нибудь знания и направить его на истинный путь, этот час был потрачен на нечто ценное. Час берет на себя ценность той цели, на которую он был отдан.

Шахид - это тот, кто отрицает все свое существование во имя сакрального идеала, в который мы все верим. Это естественно, что вся святость данного идеала и той цели переносится на его существование. Правда, его существование внезапно обернулось не-существованием, однако он вобрал в себя всю ценность той идеи, за которую он отдал жизнь. Поэтому неудивительно, что в глазах людей он сам обрел святость. Таким образом, человек становится абсолютным человеком, поскольку он больше не личность, не индивид. Он - идея. Он был индивидом, который пожертвовал собой ради идеи. Теперь же он сам стал идеей. По этой причине мы не рассматриваем Хусейна в качестве конкретного человека, который был сыном Али. Хусейн - это олицетворение Ислама, справедливости, имамата и божественного единства. Мы не восхваляет его как индивида с тем, чтобы придать ему ценность наряду с иными шахидами. Это все не имеет отношения к сути дела. Когда мы говорим о Хусейне, то не имеем в виду Хусейна как такового. Хусейн - это индивид, который с неподдельной искренностью, с предельным величием силы человеческой отдал жизнь за абсолютную и священную ценность. От него самого не осталось ничего, кроме имени. Он больше не человек, он - идея. Он превратился в целое направление мысли, которому он принес себя в жертву.

Человек, который становится шахидом ради блага народа, и вследствие этого считается святым, приобретает данный статус. По мнению тех, кто понимает народ не как сумму индивидов, а как целое, характеризующееся наличием коллективного духа, шахид является кристаллизацией этого духа, который называют нацией. Подобным же образом, человек, принесший себя в жертву во имя знания, также больше не индивид. Он сам становится знанием, шахидом знания. Мы прославляем свободу путем восхваления человека, отдавшего жизнь за свободу, при этом мы не почитаем его просто по той причине, что он был хорошим человеком. Безусловно, в этом нет противоречия [исламу], поскольку с точки зрения Бога он все еще остается индивидом, и в жизни будущей его ждет своя судьба и личное воздаяние. Но в обществе, где он судим сообразно критериям своего направления, мы не превозносим его как человека, мы чтим саму идею, почитаем священное. С этой точки зрения смысл понятия шахид все больше проясняется. Когда вера в положения определенной религиозной школы постепенно разрушается, когда новом поколении она почти исчезает, будучи преданной забвению в результате сговора, внезапно индивид восстанавливает ее путем самоотрицания. Иными словами, он призывает ее вернуться на сцену жизни. Жертвуя собственным существованием, он утверждает исчезающее существование того идеала. По этой причине он является шахидом (присутствующим свидетелем) и машхадом (видимым). Он всегда находится впереди нас. Идея также достигает присутствия здесь и вечности с помощью шахида. Она возрождается и вновь обретает душу.

Существует два вида шахидов, один из них символизирует Хамза, повелитель мучеников, другой персонифицирован Хусейном. Между Хамзой и Хусейном существует большая разница. Хамза - это моджахед и герой, который идет в бой с целью одержать победу и поразить врага. Вместо этого он сам повержен, убит и таким образом становится шахидом. Однако в данном случае речь идет о шахадате индивида. Его имя находится в верхней строчке списка принявших смерть за веру.

Хусейн, с другой стороны, представляет собой иной тип шахида. Он не вступает в сражение с намерением убить врага и вернуться победителем, равно как и не погибает в результате террористического акта, подобно Вахши. Это не тот случай. Хусейн, который мог бы сидеть дома и просто жить, восстает и сознательно приглашает смерть. Именно в этот момент он выбирает самоотрицание. Он избирает этот опасный путь, становясь в центре битвы и выступая против созерцания мира и против времени, так, что его действие получило широкую огласку и чтобы та идея, за которую он отдает свою жизнь, была бы понята в ближайшее время. Хусейн выбирает шахадат в качестве своей кончины и средства к утверждению того, что отрицалось и было подвергнуто искажению со стороны аппарата управления.

В случае с Хамзой, напротив, шахадат выбирает его и других моджахедов, которые отправляются в бой за победой. В шахадате Хусейна его целью является самоотрицание во имя освящения того идеала, который отвергается и постепенно исчезает. С этой точки зрения, джихад и шахадат - совершенно разные вещи. Али говорит о двух понятиях в двух неодинаковых контекстах, у каждого из которых имеется своя философия. Аль-Джихад иззун лиль Ислам (Джихад является славой Ислама). Джихад - это действие, философия которого отличается от философии шахадата. Безусловно, в джихаде может присутствовать шахадат, но он олицетворен Хамзой, а не Хусейном.

Аль-шахадат истизхаран аляль-муджахадат ( Шахадат выявляет то, что скрыто ). Да, такова цель шахадата, и поэтому он всегда отличается от джихада. Вот как я понимаю суть проблемы. Когда-то истина была установлением, которое выглядело привлекательным в глазах людей. Все следовали ей, и она была священна. Ее всеми силами охраняли. Однако со временем, поскольку истина не обслуживала интересы меньшинства и угрожала правящей верхушке, в результате сговора она была устранена из умов и жизней людей. Свято место пусто не бывает, и в качестве компенсации они придумали нечто свое. Постепенно изначальная идея была окончательно утрачена, подменена обсуждением совсем других проблем. В данной ситуации шахид, намереваясь возродить первоначальную идею, жертвует своей собственной жизнью и тем самым привлекает внимание к ставшему непопулярным предписанию, вызывая отвращение к его поддельным заменителям. Это и есть цель. Во времена Хусейна основным был вопрос о том, кому должна принадлежать власть после смерти Пророка. Остальные проблемы являлись маловажными. Главный вопрос звучал так: В любом случае, кто призван править уммой и быть ответственным за судьбу мусульман? Как мы помним, он был камнем преткновения на протяжении всей эпохи правления династии Омейядов. Подоплекой восстаний и кризиса власти Омейядов была именно эта проблема. Люди были готовы в любой удобный момент заполнить собой мечети и схватить халифа за горло, вопрошая: На основании какого аята и почему ты занимаешь свой пост? Имеешь ты на это право или нет? Конечно, в такой ситуации правители не могли находиться при власти долго. Неудивительно, что омейядский период продолжался не более столетия.

Во времена своего халифата Аббасиды, которые были в большей степени искушены в данных вопросах, нежели Омейяды, деполитизировали население, то есть сделали народ более равнодушным к вопросам об имамате (лидерстве) и к судьбе общества. Как им это удалось? Они добились этого, прибрав к рукам все сакральное: поклонение, кораническую экзегетику, калам (теологию), философию, перевод иностранных книг, систему образования, развитие и экспансию цивилизации - так, чтобы Багдад мог быть наследником всех великих городов и цивилизаций мира, а мусульмане стали самыми передовыми людьми. (Но чем все это в действительности закончилось!) Лишь бы все забыли об одной проблеме и никто не обсуждал ее.

Чтобы вновь обратить людские взоры на эту проблему, возникает шахид. Поскольку у него нет ничего, кроме собственно жизни, он приносит ее в жертву. Он отдает жизнь за определенную идею, а посему святость идеи переносится на него самого. Аллаху принадлежит и восток, и запад, Он ведет, кого хочет, по прямому пути! И так Мы сделали вас умматан васатан (общиной посредствующей), чтобы вы были шахидами (свидетелями) относительно человечества и чтобы Посланник был шахидом (свидетелем) относительно вас (2:142-143).

В данном аяте шахид понимается не как убитый . Шахадат указывает на то, что было сокрыто и почти ускользнуло из области памяти, постепенно предаваемое людскому забвению. Шахид свидетельствует за эту невинную, безмолвную и униженную жертву. Мы знаем, что шахид является понятием, отличающимся от всех остальных. Посланник - это шахид, который не был убит. Не будучи уничтоженным, исламское общество, основанное на установлениях Корана, имеет статус и круг ответственности шахида. Бог говорит: ...так, чтобы вы могли быть свидетелями относительно человечества..., так же, как Посланник - свидетель относительно вас. Итак, значение шахадата шире и важнее того, чтобы быть убитым. Тем не менее, тот, кто отдал свою жизнь, совершил наиболее величественный шахадат. Каждому мусульманину нужно строить общество свидетелей за остальных людей, ибо Посланник - это образец, по которому мы формируем себя. Он - наш шахид, а мы - шахиды человечества.

Мы установили, что слово шахид имеет дополнительное значение: пример, прототип, образец , на который человек равняется. Это значит, что мы должны отвести нашему Пророку центральное место в культуре, вере, знании, мысли и обществе, приведя все это в соответствие с его примером. Если вы сделали это, то вы тем самым поместили себя в центр времени и земли, все иные народы и массы будут строить свою жизнь, ориентируясь на вас. В этом отношении вы (как народ) становитесь их шахидом. Иными словами, ту роль, какую сыграл для вас Посланник, вы будете играть для остальных. В этом смысле выражение: умматан васатан (справедливое и гармоничное общество) оказывается довольно уместным применительно к слову шахид . Мы обычно думаем, что наименование умматан васатан относится к умеренному обществу, то есть к обществу, в котором нет расточительности или мелочности, которое не погрязло в материальном в ущерб духовному. Это - общество, где есть место и духу, и материи. Оно умеренно ; но, принимая во внимание вопрос о миссии этой уммы, для данного выражения значение васатан ( посредствующий ) не является существенным. Его смысл - намного более возвышенный. Он состоит в том, что мы, будучи уммой, призваны стать осью времени; то есть мы не должны быть группкой людей, населяющих уголок Ближнего Востока и вращающихся вокруг самих себя, при этом оставаясь в стороне от судьбоносных и жизненно важных событий, которые влияют на все и определяют настоящее человечества и историю завтрашнего дня. Мы, постоянно поглощенные снисходительностью к собственным слабостям, не должны пренебрегать этой [возложенной на нас] ответственностью. Наша миссия - быть в центре поля. Мы должны быть не обществом гаибов (гаиб - отсутствующий , в противоположность шахиду), которое является изолированным и псевдомутазилитским, а уммой, находящейся посреди Востока и Запада, между Правым и Левым, между двумя полюсами, иными словами, в центре поля. Шахид - именно такая фигура. Он присутствует на всех полях. Умматан васатан представляет собой общество, находящееся в центре всех сражений; у него есть универсальная миссия. Оно не является изолированным, закрытым и удаленным сообществом. Это - общество шахидов.

Мнение, которое я высказал относительно шахадата в прошлом году, заключается в том, что шахадат, являющийся одной из основ ислама, следует рассматривать в качестве отдельного столпа веры, такого же, как молитва, пост и джихад. Стоит принять во внимание, что в обыденном сознании шахадат воспринимается как состояние или участь моджахеда, осуществлявшего джихад и принявшего смерть от рук врага. Это тоже правильно. Но я говорю о принципе, который является смежным по отношению к джихаду - не выступая при этом ни в качестве дополнения к нему, ни в виде определенной ступени, которой моджахед достигает с точки зрения Бога или применительно к своей будущей жизни - ибо то, что я имею в виду, относится к особому типу шахадата, символически представленному Хусейном. У нас в Исламе есть выдающиеся шахиды, такие, как наши Имамы, первый и главный среди них - Али, величайший Имам и славный сын Ислама. Однако, несмотря на то, что Али тоже является шахидом, мы рассматриваем Хамзу и Хусейна в качестве идеальных типов шахадата.

Хамза - это великий герой Ислама, шахид одного из наиболее памятных сражений под Ухудом (в 627 году). Пророк Ислама ни о ком не печалился так сильно, как о Хамзе, даже в тех случаях, когда умер его собственный сын, Ибрахим, или когда пали смертью мучеников некоторые его знаменитые сподвижники. В битве под Ухудом Хамза стал шахидом в результате бесчеловечного заговора, который был задуман Хинд (женой Абу Суфиана и матерью Муавии) и осуществлен ее рабом Вахши. Реакция Посланника была бурной. Люди Медины столь сильно превозносили Хамзу в качестве героя, что саудиты обвинили их в поклонении ему. Это показывает, насколько грандиозна была его слава, хотя он и не был мединцем. Именно с его переходом в Ислам численность мусульман стала расти. В начале бизата курайшиты считали Хамзу эпическим героем. Он был младшим сыном Абд аль-Мутталиба, великого охотника и воина. После того, как он вступился за Посланника, подвергавшегося всяческим оскорблениям со стороны курайшитов, Хамза стал склоняться к принятию ислама. Как только он сделался мусульманином, мусульмане перестали быть слабой и притесняемой группой. Они действительно проявили свою готовность действовать открыто. В дальнейшем же, пока такая личность и такой воин, как Хамза, был в рядах мусульман, он затмевал собой всех остальных. Даже Али, будучи столь блестящей и эпохальной для Ислама личностью, находился под влиянием Хамзы. Очевидно, что в битве под Ухудом мусульман вел в бой Хамза, а за ним следовал Али.

Вы знаете, когда Хамза погиб из-за этих грязных женских козней, Посланник очень разозлился и опечалился. Как только он приблизился к телу Хамзы, то увидел, что глаза последнего были выколоты, а нос и уши - отрезаны. Хинд сделала себе из них устрашающий орнамент. Человек, который поклялся выпить кровь Хамзы, исполнил свое обещание при Ухуде. Мухаммед, стоя у бездыханного тела этого великого героя, молодого и любимого сына Абдул Мутталиба, своего юного дяди, говорил с таким ожесточением и жаждой отмщения, что тут же пожалел об этом и получил предупреждение от Бога. Мухаммед поклялся, что спалит заживо тридцать врагов, и это будет возмездием за пролитую кровь Хамзы. Однако тотчас же раздался небесный глас, возвещавший, что только Господь огня имеет право сжечь человека за его преступление. Так Посланник нарушил свой обет. Поскольку Бог запретил ему такую месть, он пытался утешить себя чтением поминальной молитвы.

После того, как он вернулся в Медину, члены семей оплакивали своих близких; но никто не скорбел о Хамзе, ибо у него не было там ни родственников, ни дома. Он был одиноким переселенцем. Посланник, полный столь нежных чувств, которых никто не ожидал от такого мужественного героя, как он, был обескуражен тем, что никто, кроме него, не плакал по Хамзе, сыну Абдул Мутталиба, герою нашей семьи . Тронутые столь нежными чувствами, люди из мединской общины приходили к Посланнику и приносили свои соболезнования, говоря: Мы будем оплакивать смерть Хамзы, а Посланник прочитает поминальную молитву по нашим погибшим . И он поблагодарил их.

По меньшей мере первое время в истории ислама Хамзе был присвоен титул Сайид аль-шахада (повелителя шахидов). Впоследствии данный титул стал относиться прежде всего к Хусейну. Оба они - повелители шахидов, но между их шахадатом есть фундаментальная разница. Они относятся к двум различным типам, которые едва ли можно сопоставить. Хамза является моджахедом, который погибает в разгар джихада, а Хусейн - это шахид, достигающий шахадата до того, как он был убит. Он остается шахидом не только на месте собственного шахадата, но у себя дома. С того самого момента, как Валид, правитель Медины, попросил Хусейна присягнуть ему на верность, на что тот ответил: НЕТ! - и за этот отказ он был предан смерти - Хусейн становится шахидом, поскольку слово шахид в данном случае не обязательно обозначает кого-либо, кто был убит, а относится именно к свидетельствующему, нацеленному на неприятие осуществленных перемен. Шахид - это человек, который с момента принятия подобного решения выбирает для себя шахадат, даже несмотря на то, что между его решением и смертью могут пройти месяцы и даже годы. Если мы хотим объяснить фундаментальное различие между этими двумя видами шахадата, то должны постановить, что в случае с Хамзой именно смерть выбирает его. Иными словами, шахадат избирает шахида. Случай же с Хусейном - прямо противоположный. Шахид выбирает собственный шахадат.

Философия формирования моджахеда отличается от философии становления шахида. Моджахед - это искренний воин, который ради защиты своей веры и общины, или же их распространения и прославления, идет в бой с целью разбить, опустошить и победить врага, который препятствует или угрожает его пути; таким образом, различие между атакой и защитой - это джихад. Моджахеда могут при этом убить. Поскольку он погибает на этом пути, мы называем его шахидом. Шахадат, персонифицированный Хамзой, - это трагическое происшествие с моджахедом, намеревавшимся повергнуть и убить врага. Таким образом, шахадат Хамзы относится к человеку, принявшему смерть от рук врага, вместо того, чтобы он убил этого врага. Этот человек является моджахедом. Что касается Хусейна, то он как шахид сам идет навстречу собственной смерти. В первом случае шахадат выступает в качестве события, имеющего негативную окраску. Во втором случае шахадат представляет собой сознательно поставленную цель. Когда речь идет о первой разновидности шахадата, то имеется в виду несчастный случай на пути к победе, во втором типе шахадат является местом назначения. Смерть Хамзы - трагедия; смерть Хусейна - идеал. Это целая идеология. Там - моджахед, который, желая убить врага, сам погибает. Его оплакивают, о нем сочиняют панегирик. Здесь - шахид, и его смерть не является неудачей, ибо шахадат является высочайшей степенью, вершиной развития человека. Это - достижение абсолюта посредством собственной смерти. Смерть в данном случае - не зловещее событие. Это - оружие в руках друга, которым он поражает врага в голову. В ситуации, когда встающий на защиту истины Хусейн абсолютно беспомощен перед лицом атакующего врага, он наносит ему удар в голову при помощи своей смерти.

Шахадат источает неповторимое сияние; он озаряет мир светом и согревает холодные и мрачные сердца. Он приводит в движение парализованную волю и мысль, прежде поглощенную стагнацией и темнотой, он пробуждает память, из которой стерлись все истины и воспоминания, он дает надежду и проницательность, он укрепляет волю человека и заставляет его осознать свою миссию и ответственность. Мысль, что ничего не может быть сделано сменяется убежденностью в том, что кое-что может быть сделано , и даже что-то должно быть сделано . Гибель шахида влечет за собою и смерть врага, поверженного теми, кто был научен кровью шахида. Проливая свою кровь, шахид не выступает в качестве непосредственной причины падения врага (ибо один он не в состоянии осуществить этого). Он желает унизить врага, и ему это удается. Шахид выбирает смерть вовсе не потому, что хочет спастись от тяжелых условий и неуютного окружения. Он не встает на позорный путь. Вместо негативного ухода шахид осуществляет позитивную атаку. С помощью своей смерти он осуждает угнетателя, совершая свой поступок на благо угнетенных. Он разоблачает агрессию и возрождает то, что прежде отрицалось. Он напоминает людям о том, о чем они уже забыли. В заледеневших сердцах он зажигает огонь жизни, воскресения и движения. Для тех, кто пребывал в плену и считал такое состояние нескончаемым, кровь шахида является спасительным кораблем. Для глаз, которые уже не могут прочесть слова истины и узнать ее лицо в сумерках деспотизма и оболванивания, когда не видно ничего, кроме осквернения всего и вся, кровь шахида - это мерцание свечи, которая дает возможность видеть, это лучистый свет руководства для дезориентированных людей, странствующих среди бездомных караванов, по горам, пустыням, заброшенным дорогам и канавам.